dkphoto (dkphoto) wrote,
dkphoto
dkphoto

Category:

Город мертвых

Древние Фивы (Уасет) – былая столица некогда могущественного Египта – широко раскинулись вдоль восточного берега Нила. Но за тысячи лет своего существования город живых так и не сделал попытку перейти реку и занять западный берег. Для древних египтян по другую сторону Нила лежал оберегаемый Город мертвых, а в наши дни остатки величественных заупокойных храмов и многочисленных гробниц защищены законом как ценное историческое и культурное наследие.


Этот альбом, посвященный западному берегу Нила напротив современного Луксора, будет по сути вступлением к двум более содержательным, по крайней мере в контексте фотографий, зарисовкам. Город мертвых включает в себя прибрежную полосу с заупокойными храмами, знаменитые Долины царей и цариц, а также гробницы знати на краю пустыни. К сожалению, более или менее подробно познакомиться мне удалось разве что храмом Хатшепсут в Дейр эль-Бахри да некоторыми захоронениями в Долине царей. Здесь же я покажу то немногое, что сумел увидеть преимущественно из окна автобуса по дороге к двум названным объектам.


Вдоль Нила тянется плодородная полоса узкой долины шириной около двух километров, на западе она упирается в цепь известняковых скал высотой до 350 метров. Впрочем, высочайшая их вершина, лежащая еще чуть дальше от берега, достигает без малого пятисот метров от уровня моря.


Попасть на западный берег из Луксора можно как по сравнительно недавно построенному автомобильному мосту, так и переправившись на катере. По пути в Город мертвых экскурсия предполагала первый вариант, на обратно дороге – второй. Впрочем, речная прогулка по Нилу заслуживает отдельного рассказа, так что к этой теме я еще обязательно вернусь.


Западные Фивы превратились в Город мертвых уже во времена Нового царства. Впрочем, это прилагательное не должно вводить в заблуждение – все равно речь идет о глубокой древности, ведь указанный период истории страны простирался с 1570 по 1070 годы до нашей эры.
Правители Нового царства, сановники, фиванские придворные да и люди более простого звания завещали хоронить их на западном берегу напротив города живых. Дело в том, что в египетской религии запад был связан с потусторонним миром и погребальным культом, так как именно здесь бог солнца Ра завершал свой дневной путь по небу. Закат считался уходом Ра в мир мертвых. Кроме того, на запад от долины Нила лежали протяженные бесплодные пустыни, являвшиеся для древних египтян едва ли не краем Ойкумены, что лишь усиливало сравнение с загробным миром.
Это, конечно не значит, будто этот берег посещался только на время совершения погребальных обрядов. По всей видимости, древние египтяне не могли позволить себе такую роскошь, как отказаться от использования плодородной земли у реки, ведь в Верхнем Египте ее и без того было немного – лишь узкая полоса вдоль Нила. Впрочем, доводилось мне читать и о том, что в прибрежных зарослях вельможи любили устраивать охоту. Но как бы то ни было, и охотники, и крестьяне на ночь обычно покидали эти места, возвращаясь в город живых.


В наши дни современные египтяне испытывают к западному берегу куда меньший пиетет, здесь много небольших деревень, населяют которые преимущественно земледельцы.


Первые свидетельства существования обширного Города мертвых – колоссы Мемнона, застывшие, как часовые, рядом с дорогой.
На самом деле две более чем пятнадцатиметровые статуи изображают фараона Аменхотепа III. Когда-то за их спинами находился заупокойный храм этого фараона, правившего с 1386 по 1349 г. до н.э. Увы, сам храм был практически полностью разрушен. Однако даже немногочисленные его останки и обломки говорят о былых гигантских размерах сооружения. Если бы не вмешательство человека, от заупокойного храма Аменхотепа III сохранилось бы куда больше, однако руины активно растаскивались на стройматериалы уже во времена римского владычества, так что удивляться почти полному исчезновению огромного комплекса не приходится…
По бокам каменных исполинских фигур до сих пор еще видны изображения матери и супруги фараона. Однако любопытно, что в эллинистическую эпоху было принято считать, будто в каменных фигурах запечатлен Мемнон – сын богини утренней зари Эос, погибший от руки Ахилла. Ошибочная версия пережила столетия и настолько вошла в привычку, что до сих пор эти статуи Аменхотепа III именуют колоссами Мемнона.
Ноги каменных гигантов испещрены надписями на греческом языке, содержащими имена посетителей и описание чувств, возникших у последних от зрелища сооружения. Самая ранняя надпись датируется еще 11 годом правления императора Нерона (то есть 65 годом нашей эры), а самая пространная представляет собою стих, написанный придворной поэтессой Бальбиллой, сопровождавшей императора Адриана (прав. 117–138 гг.) в его поездке в Фивы.
Наиболее знаменитым был северный (здесь он справа) колосс. Во времена Цезаря он считался не менее важной вехой для посещения римскими и греческими путешественниками по Египту, чем пирамиды Гизы. Его называли поющим. Дело в том, что в 27 году до н.э. при землетрясении от статуи отвалился кусок, после чего она каждый раз на рассвете издавала звуки, называемые современниками песней. Отпавший камень был установлен на месте при императоре Септимии Севере (прав. 193–211 гг.), после чего колосс замолк. Историки полагают, что звуки издавал широкий излом, когда на него, остывший за ночь и покрытый росой, попадали горячие лучи солнца, вызывая вибрации и звенящий звук, усиливаемый даже легким ветром.


Как я уже писал, высота колоссов Мемнона превышает 15 метров, ширина в плечах достигает 6,7 м, а длина стопы – 3,2 м. Было даже подсчитано, что каждый гигант должен весить около 1280 тонн.


В наши дни голые, без малейшего признака растительности, известковые скалы Города мертвых буквально испещрены черными провалами входов в гробницы. В древности же входы были запечатаны, а западный берег достаточно строго охранялся. Неровная поверхность скалы не давала и намека на то, какие богатства за ней хранятся. Но тем не менее об этих сокровищах знали слишком многие, ведь невозможно построить гробницу, не привлекая к этому сотни камнетесов, художников и каменщиков. Вопреки красивым страшилкам современных романистов, всех этих рабочих после строительства не умерщвляли – они просто переходили на новый объект. И, как свидетельствуют документы, дошедшие до наших дней из глубины веков, строители гробниц частенько были не прочь улучшить свое материальное положение, взломав захоронение богатого египтянина.


Современная деревня Шейх Абд эль-Курна уходит своими корнями в седую древность. Сейчас, впрочем, ее населяют преимущественно искатели сокровищ и работники туристической сферы. Такой же она была и двести лет назад, когда в Европе уже возник интерес, а вместе с ним и платежеспособный спрос на древнеегипетские артефакты.
Весьма красноречивый рассказ на этот счет оставил итальянский путешественник и археолог-авантюрист Джованни Батиста Бельцони, посетивший Фивы в 1816 году. «Слишком многим из моих коллег, – писал он, – оказалось не под силу здесь работать. В этих склепах не то что двигаться, даже дышать невероятно трудно. Люди то и дело теряют сознание. Все время приходится работать в облаке пыли до того мелкой, что она забивает не только глотку и нос, но и все поры. Легкие наши не выдерживают нагрузок. И добро бы, если бы тут была одна только пыль – мы дышим удушливыми испарениями, исходящими от мумий. С потолка непрерывно сыплется слепящий песок. Мумии лежат повсюду навалом, зрелище это ужасно, и мне стоило немало усилий привыкнуть к нему. Из-за недостатка воздуха свечи и факелы отбрасывают лишь слабые отблески света.
В некоторых гробницах так тесно, что некуда ногу было поставить. Приходилось ползти по-пластунски, продираясь сквозь узкие щели, обдирая в кровь плечи и руки об острые камни. Однажды я, не разобравшись толком в темноте, присел на плиту, оказавшуюся крышкой саркофага, которая развалилась под моим весом, и я провалился прямо на мумию, ломая ей кости, разрывая пелены и подняв такой столб пыли, что потом пришлось с четверть часа сидеть, не двигаясь, пока она не улеглась.
А один раз я оказался в длинном проходе, немного шире моего туловища, забитом мумиями. И я ни на шаг не мог продвинуться вперед, чтобы не уткнуться лицом в какого-нибудь полусгнившего египтянина. Потом проход резко пошел вниз, и я двигался за счет своего веса, круша все на своем пути. При этом я был весь обсыпан обломками человеческих скелетов – ног, рук, черепов, – которые валились на меня сверху. Так и продвигался я, пробираясь из одной пещеры в другую, и везде находил сваленные в кучу мумии, одни стоймя, другие лежа, третьи – стоящие вниз головой»
.


Конечно, времена столь неприкрытого грабежа могил ушли в прошлое, но местные жители по-прежнему промышляют поисками даже в уже давно обворованных могилах и иногда делают значительные находки, которые, впрочем, обычно уходят не в музеи, а на черный рынок.
Что характерно, в домах эль-Курны нет современных удобств цивилизации. Даже воду жителям деревни приходится брать из отравленного Нила, везти ее за два километра и фильтровать. Но и это не останавливает людей, зараженных жаром кладоискательства. Даже когда египетские власти совсем недавно построили для них в стороне от Города мертвых новый поселок с домиками, подключенными к водопроводу и канализации, далеко не все жители эль-Курны согласились туда перебраться – менее половины.


Одни из множества деревенских магазинчиков, выдаваемых за алебастровые фабрики, где наивным туристам продают изделия из камня (чаще всего статуэтки древнеегипетских богов) по сумасшедшим ценам. Впрочем, об этом аспекте организации экскурсий в Египте я уже подробно рассказывал, повторяться не хочу.


Из нескольких заупокойных храмов, расположенных между Нилом и цепью утесов, более или менее информативно мне удалось заснять из окна автобуса разве что один Рамессеум. Впрочем, большая часть этих сооружений лежит в руинах, как и храм Аменхотепа III, так что Рамессеум по сравнению со своими соседями сохранился сравнительно неплохо.
Взведен он был Рамсесом II (1279–1212 гг. до н.э.) – самым могущественным фараоном XIX династии. Длина сооружения достигала 270 метров. Первый двор практически не сохранился, второй дошел до наших дней в лучшем состоянии, хотя все равно более походит на руины. Вестибюль оттуда ведет в сохранившийся лучше всего гипостильный зал. Здесь можно видеть восемь колонн с капителями в виде закрытого цветка папируса его западной стороны.


Хотя Рамсес II был склонен к гигантомании в строительстве, заупокойный храм этого фараона в Западных Фивах не так велик, как иные его соседи, в частности храм Аменхотепа III. Зато гробница Рамзеса II в Долине царей считается одной из самых грандиозных.


Стоит сказать несколько слов о том, почему заупокойные храмы и гробницы фараонов Нового царства находятся достаточно далеко друг от друга. Причина совершенно банальна – упомянутые выше грабители могил. Фараоны XVIII династии осознали, что даже самые массивные и хитроумные сооружения вроде гигантских пирамид Гизы не способны остановить искателей сокровищ. И речь тут идет вовсе не об авантюристах поздних эпох – нет, о современниках фараонов! Даже организованная охрана Города мертвых не обеспечивала должную сохранность могил, что уж говорить о не столь уж редких периодах ослабления центральной власти, когда страна ввергалась в анархию?


И тогда фараоны решили ограничиться внешне скромными и спрятанными от людских глаз захоронениями. Над ними уже не было пышных храмов. Поминальные храмы находились по другую сторону цепи утесов – ближе к Нилу. По прямой, таким образом, расстояние между гробницей и ее храмом было невелико, однако путь между ними лежал через горы, а ущелья, ведущее в Долины царей и цариц охранялось. Впрочем, даже эти меры, как показала неумолимая история, спасли от разграбления одну лишь могилу Тутанхамона, и даже в той есть свидетельства двух проникновений искателей сокровищ, которые кое-чем поживиться все-таки успели.


Западный берег Фив вовсе не был совершенно необитаемым, забота об умерших давала работу многим живым: скульпторам, каменщикам, художникам, столярам, ювелирам и зодчим. Все они работали на строительстве как гробниц, так как заупокойных храмов. Одним из крупнейших поселений Мертвого города была деревня Дейр эль-Медина, обитаемая все пятьсот лет существования Нового царства. Уже во второй половине XX века в занесенных песком сложенных из кирпича-сырца и камней домах рабочих были обнаружены уникальные находки, включая политические карикатуры, любовные записки, брачные контракты, жалобы…
Сохранились свидетельства того, что жителям таких деревень обычно не позволяли посещать Фивы, а на строительство гробниц иногда водили через горы с повязками на глазах. Однако, как я уже говорил, никакие ухищрения против грабителей не помогали могилам не только знати, ни и самых фараонов.


Около дороги, уводящей в Долину царей, стоит немало домиков, построенных для археологов и исследователей. Иные были возведены сравнительно недавно, некоторые датируются еще позапрошлым столетием, однако так или иначе все они внешне выглядят достаточно архаично и гармонично смотрятся на фоне циклопических руин Города мертвых.
Ну а о самих гробницах фараонов речь пойдет уже в следующий раз.
Tags: Египет, история
Subscribe
promo dkphoto сентябрь 3, 2013 16:13 82
Buy for 100 tokens
1 Уровень Амура у Хабаровске сейчас повышается довольно медленно, с перерывами, будто неохотно. Тем не менее вчера река преодолела невероятную 8-метровую отметку, а сегодня в полдень достигла высоты 805 см. Внимательный читатель мог заметить, что впервые практически за две недели с момента…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 35 comments